В вашем браузере отключен JavaScript. Из-за этого многие элементы сайта не будут работать. Как включить JavaScript?

8-800-1000-299

Урок "Новое осмысление военной темы в литературе 50—90-х годов. Юлия Друнина "У войны не женское лицо"".

Ирина Кучерявенкова Ирина Кучерявенкова
Тип материала: Урок
Рейтинг: 1234  голосов:1    просмотров: 6900
Краткое описание
1.Показать современному поколению тяжесть испытаний, выпавших на долю женщины на войне.
2.Познакомить учащихся с биографией и стихами о войне Ю.Друниной.
3.Услышать стихи, наполненные жизненной достоверностью, суровой правдой войны.

Описание
Кучерявенкова Ирина Николаевна

Смоленская область, Сафоновский район, д.Бараново, ул.Садовая, д.3, кВ.11

Муниципальное казённое образовательное учреждение Барановская средняя общеобразовательная школа Сафоновского района Смоленской области

Русский язык и литература

Русская литература 20 века. 11 класс. – Под редакцией В.П. Журавлёва. – Москва, Просвещение, 2009.

Новое осмысление военной темы в лите­ратуре 50—90-х годов.

Юлия Друнина. У войны не женское лицо.


11 класс

2 урока (90 минут)

Тема урока. Новое осмысление военной темы в лите­ратуре 50—90-х годов. Юлия Друнина. У войны не женское лицо.

Цель:1.Показать современному поколению тяжесть испытаний, выпавших на долю женщины на войне.
2.Познакомить учащихся с биографией и стихами о войне Ю.Друниной.
3.Услышать стихи, наполненные жизненной достоверностью, суровой правдой войны.


Ход урока

1.Звучит песня Булата Окуджавы «Нам нужна одна победа». На фоне этой песни учитель читает стихотворение Юлии Друниной «Зинка».

ЗИНКА
1.
Мы легли у разбитой ели,
Ждем, когда же начнет светлеть.
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей, сырой земле.
— Знаешь, Юлька, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Где-то в яблочном захолустье
Мама, мамка моя живет.
У тебя есть друзья, любимый,
У меня лишь она одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет.
Знаешь, Юлька, я против грусти,
Но сегодня она не в счет...
Отогрелись мы еле-еле,
Вдруг нежданный приказ: «Вперед!»
Снова рядом в сырой шинели
Светлокосый солдат идет.

2.
С каждым днем становилось горше,
Шли без митингов и знамен.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрепанный батальон.
Зинка нас повела в атаку,
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам и буеракам,
Через смертные рубежи.
Мы не ждали посмертной славы,
Мы хотели со славой жить.
… Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?
Ее тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав,
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

3.
— Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Где-то в яблочном захолустье
Мама, мамка твоя живет.
У меня есть друзья, любимый,
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала...


2.Слово учителя.Для меня Юлия Друнина началась именно с этого стихотворения — стихотворения, посвящённого памяти однополчанки, Героя Советского Союза Зинаиды Самсоновой, а вместе с ней — десяткам погибших молодых девчат, которые, как и Друнина, в семнадцать, встав из-за парты, шагнули «из школы в блиндажи сырые, от Прекрасной Дамы в „мать“ и „перемать“...»
Эти строки — это — живое послание человека человеку. Послание, которое, несмотря на разность эпох, никогда не потеряет своей силы и актуальности. Потому что есть то, что объединяет людей разных поколений, то, что один человек всегда поймёт в другом человеке, сколько бы их не разделяло лет. Когда на уроках литературы мы говорим о войне, я всегда читаю это стихотворение. Мне очень хочется, чтобы и вам оно понравилось, чтобы вы прониклись его смыслом, содержанием, любовью к жизни, к Родине.
— Какое впечатление произвело на вас это стихотворение?–Докажите, что «У войны не женское лицо»?
– Да, это сочетание противоестественное. Но ведь было что-то, что привело женщину, призванную дарить жизнь, на войну, где отнимают эту жизнь?
– Почему же Зинка, другие такие же девчата, всеми правдами и неправдами прибавляли себе лишний год, чтобы пойти добровольцем на фронт? Почему они, для которых предназначена природой роль матери выбрали роль «светлокосого солдата»?

– Какова жизненная позиция Зинки, Юльки, женщин, взявших в руки оружие?

На дом вам было задание подготовить сообщения о Юлии Друниной и чтение её стихотворений.

3. Сообщения учащихся о Юлии Друниной, сопровождающиеся чтением её стихов и показом презентации.1) Я родом не из детства — из войны.
И потому, наверное, дороже,
Чем ты, ценю я радость тишины
И каждый новый день, что мною прожит.

Я родом не из детства — из войны.
Раз, пробираясь партизанской тропкой,
Я поняла навек, что мы должны
Быть добрыми к любой травинке робкой.

Я родом не из детства — из войны.
И, может, потому незащищённей:
Сердца фронтовиков обожжены,
А у тебя — шершавые ладони.

Я родом не из детства — из войны.
Прости меня — в том нет моей вины...


Юлия Друнина родилась 10 мая 1924 года в Москве в учительской семье. Детство прошло в центре Москвы, училась в школе, где работал ее отец.
Был он директором школы, преподавал историю. Мать Юлии родилась в Варшаве. Кроме русского, она владела польским и немецким языками. Немецкий даже преподавала в школе. Человек она была непоследовательный и отношения с дочерью у неё были крайне неровными. А отца Юля обожала. Он для неё был образцом справедливости, разума и порядочности.
Самое большое счастье до войны — чтение, сумасшедшее чтение тайком в полутьме под лестницей, на подоконнике в коридоре, в школе на уроках под партой, ночью с фонариком под одеялом. Читать научилась в четыре года: природа наградила зрительной и слуховой памятью. Первые книги — сказки Пушкина, Гоголя и Гомера, повести Лидии Чарской воспитывали высокие понятия о дружбе, верности и чести. Позднее Юля Друнина написала: «И никогда я не сомневалась, что буду литератором. Меня не могли поколебать ни серьёзные доводы, ни ядовитые насмешки отца, пытающегося уберечь дочь от жестоких разочарований. Он-то знал, что на Парнас пробиваются единицы. Почему я должна быть в их числе?»
Её влекла к себе романтика гражданской войны, мятеж фашистов в Испании, республиканцы, интернациональные бригады. И появлялись стихи, неумелые, слабые, но идущие от сердца и жизни.
В 1938 году Юлия участвует в конкурсе на лучшее стихотворение, который объявил Центральный дом художественного воспитания детей. Стихотворение напечатали в «Учительской газете». Передали по радио, а первое место занял паренёк из провинции Сергей Орлов, будущий поэт, написавший всем известное стихотворение «Его зарыли в шар земной». Впоследствии он стал другом Друниной.
Так начинался творческий путь Юлии, не подозревавшей о том, что её ждёт. А пока такие, как она, мечтают о подвигах, жалеют о своём возрасте, сетуя на то, что главное проходит мимо. Спасение челюскинцев, тревога за плутающую в тайге Марину Раскову, покорение полюса, Испания — вот чем они жили в детстве. И огорчались, что родились слишком поздно: Удивительное поколение! В трагическом сорок первом именно они стали поколением добровольцев.
ЗАПАС ПРОЧНОСТИ
До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю
В кирзачах стопудовых дошла.

И откуда взялось столько силы
Даже в самых слабейших из нас?..
Что гадать!- Был и есть у России
Вечной прочности вечный запас.

Учитель: Да, удивительное поколение романтиков, без колебаний вставшее на защиту Родины. Окончание школы и начало войны совпали.

2) ***

Я ушла из детства в грязную теплушку,
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слушал
Ко всему привыкший сорок первый год.
Я пришла из школы в блиндажи сырые,
От Прекрасной Дамы в «мать»
и «перемать»
Потому что имя ближе, чем «Россия»,
Не могла сыскать.
1942
Юля Друнина ни на минуту не сомневалась, что враг будет разгромлен быстро, поэтому боялась, что не успеет на фронт. 22 июня пришла военкомат. Не взяли — несовершеннолетняя. По совету отца пошла работать в глазной госпиталь на ул. Горького. Потом вступила в добровольную санитарную дружину, которая дежурила во время воздушных тревог, помогая раненым. А когда поняла, что ближайший путь на фронт — рытьё окопов, строительство оборонительных сооружений, то уехала в Можайск. Там впервые узнала, что существует народное ополчение. К ним девушка старалась быть ближе, ходила в синем комбинезоне и повязкой с красным крестом на рукаве. Неожиданно ополченцев по тревоге подняли среди ночи, Друнина вместе с ними. Да её никто и не замечал, не до того было: немцы прорвали фронт под Вязьмой. Потом миномётный налёт, раненые, танк, бегущие солдаты. Она мчалась через лес, спотыкалась и падая, расшибаясь и не чувствуя боли, повторяла, как молитву, про себя: «Господи! Если ты сделаешь чудо и оставишь меня живой, никогда, никогда и я не сунусь больше в этот ад!» Юля осталась жива, оказалась в расположении пехотного полка. Первый бой её поразил. Не было ни лавины наступающих, ни громового «ура!». Позднее Друнина вспоминала, что можно сойти с ума, если к опасности не привыкнуть. Она привыкла, и её мучила только страшная усталость. А в конце сентября дивизия оказалась в окружении. Девушке навсегда запомнился комбат, молодой учитель из Минска, выводивший солдат из окружения. С ним они чувствовали себя, как за каменной стеной.
КОМБАТ

Когда, забыв присягу, повернули
В бою два автоматчика назад,
Догнали их две маленькие пули -
Всегда стрелял без промаха комбат.

Упали парни, ткнувшись в землю грудью,
А он, шатаясь, побежал вперед.
За этих двух его лишь тот осудит,
Кто никогда не шел на пулемет.

Потом в землянке полкового штаба,
Бумаги молча взяв у старшины,
Писал комбат двум бедным русским бабам,
Что… смертью храбрых пали их сыны.

И сотни раз письмо читала людям
В глухой деревне плачущая мать.
За эту ложь комбата кто осудит?
Никто его не смеет осуждать!
Мина, убившая комбата, оглушила Юлю. Чтобы избежать объяснения в комендатуре Можайска, Друнина уезжает в Москву: она узнала, что несовершеннолетних берут в школу радистов, разведчиков, диверсантов. Но вместо этого ей с семьёй пришлось уехать в Сибирь, в Заводоуковку. Однако девушка не отказалась от своей цели, всё равно стремилась на фронт любыми путями. Училась в школе младших авиаспециалистов, после окончания которой получает направление в штурмовой полк на Дальнем Востоке. Батальонный санинструктор. Всеми силами рвется на фронт. Получив сообщение о смерти отца, едет на похороны по увольнению, но оттуда не возвращается в свой полк, а едет в Москву, в Главное управление ВВС. Здесь, обманув всех, получает справку, что отстала от поезда и едет на Запад.Решительность и твёрдость помогли преодолеть все препятствия и в Москве. Старшина сообщил, что вышло указание — в Действующую армию женщин из тыла не посылать, теперь уж мужики и сами справятся. Потом добавил: «Кроме медиков: больно много медицины там выбивает». Друнина обрадовалась: у неё была санитарная книжка. В голове крутились строчки: «Нет, это не заслуга, а удача — стать девушке солдатом на войне».
Нет, это не заслуга, а удача
Стать девушке солдатом на войне.
Когда б сложилась жизнь моя иначе,
Как в День Победы стыдно было б мне!

С восторгом нас, девчонок, не встречали:
Нас гнал домой охрипший военком.
Так было в сорок первом. А медали
И прочие регалии потом...

Смотрю назад, в продымленные дали:
Нет, не заслугой в тот зловещий год,
А высшей честью школьницы считали
Возможность умереть за свой народ.

Так Друнина вновь вернулась на передовую сестрой милосердия. «Два с лишним года понадобилось мне, чтобы вернуться в дорогую мне пехоту. Но, как это ни странно, я попала в обстановку, напоминавшую сорок первый», — вспоминала Юлия Владимировна.
В 1943 – 1944 годах Юлия Друнина воевала в Белоруссии и Латвии, где шли ожесточённые бои с фашистами. Она была дважды тяжело ранена. Девятнадцатилетняя московская школьница, девочка из учительской семьи, мучаясь в госпитале с тяжёлым ранением от боли и бессонницы, написала стихотворение, вошедшее не только в хрестоматию, но и в народную память:
Я столько раз видала рукопашный,
Раз наяву. И тысячу — во сне.
Кто говорит, что на войне не страшно,
Тот ничего не знает о войне.
1943


Друнина была награждена медалью “За отвагу” и орденом Красного Знамени.
21 ноября 1944 года после тяжёлой контузии санинструктор Друнина была комиссована. А в декабре этого же, 1944 года. Она пришла в Литературный институт, который, как она говорила, она взяла приступом. Просто пришла и села в аудиторию.
Я принесла домой с фронтов России
Веселое презрение к тряпью -
Как норковую шубку, я носила
Шинельку обгоревшую свою.

Пусть на локтях топорщились заплаты,
Пусть сапоги протерлись — не беда!
Такой нарядной и такой богатой
Я позже не бывала никогда...
Наступил май 1945 года, который принёс долгожданную Победу! Началась мирная жизнь. Но ещё долго девушки-воины испытывали растерянность и страх, стеснялись своих обожжённых порохом рук.

Мне близки армейские законы,
Я недаром принесла с войны
Полевые мятые погоны
С буквой «Т» — отличьем старшины.

Я была по-фронтовому резкой,
Как солдат, шагала напролом,
Там, где надо б тоненькой стамеской,
Действовала грубым топором.

Мною дров наломано немало,
Но одной вины не признаю:
Никогда друзей не предавала -
Научилась верности в бою.

3)В 1946 году вышла в свет первая книга Друниной “В солдатской шинели”, а в марте 1947 года она становится членом Союза писателей СССР.
В 1954 году Юлия Владимировна вышла замуж за талантливого и знаменитого в те годы кинодраматурга Алексея Каплера, который стал для неё опорой и поддержкой на многие счастливые годы их совместного пути. Марк Соболь однажды сказал Друниной: “Он стянул с тебя солдатские сапоги и переобул в хрустальные туфельки”. Она, смеясь, подтвердила это.Юлия Друнина занимала высокие посты. В разные годы была членом редколлегий журнала “Знамя” и “Литературной газеты”, Секретарём Союза писателей России. Друнина – автор восьми поэтических сборников и двух двухтомников. В 1975 году за книгу “Не бывает любви несчастливой” поэтессе была присуждена Государственная премия РСФСР.
Тяжело жилось Друниной после войны, но она не унывала. Сдаваться Друнина не привыкла. Это не в её характере; она была бойцом и осталась им до конца, была незаурядной личностью и не могла пойти на компромисс с обстоятельствами, неприемлемыми для неё, и смириться с ними не могла. И её уход из жизни, как добровольный уход в армию, говорит не о слабости, а о порядочности и силе: она могла бы благополучно дожить отпущенные ей годы, закрыв глаза на то, что не устраивало её вокруг. Так поступаем мы, многие. Смиряемся с обстановкой и живём. Друнина не смогла, и 20 ноября 1991 года она ушла из жизни: «Оно и лучше — уйти физически не разрушенной, душевно не состарившейся, по своей воле. Правда, мучает мысль о грехе самоубийства: Но если Бог есть, он поймёт меня». Последний свой приют она нашла в Старом Крыму, похоронена рядом с мужем Алексеем Каплером.


Судный час
Покрывается сердце инеем -
Очень холодно в судный час...
А у вас глаза как у инока -
Я таких не встречала глаз.

Ухожу, нету сил.
Лишь издали
(Все ж крещеная!)
Помолюсь
За таких вот, как вы,-
За избранных
Удержать над обрывом Русь.

Но боюсь, что и вы бессильны.
Потому выбираю смерть.
Как летит под откос Россия,
Не могу, не хочу смотреть!

Учитель.Тема войны, любви к Родине, патриотизма проходит через всё творчество поэтессы. О чём бы ни писала Друнина, она неизменно возвращается к воспоминаниям о фронтовой юности. Когда Юлию Владимировну спросили спустя двадцать лет после войны: “Что заставляет Вас вновь и вновь возвращаться к теме войны?” – она ответила: “Память сердца”. По стихам Юлии Друниной можно проследить всю её жизнь.
4.Ученики читают стихотворения Юлии Друниной.
И откуда
Вдруг берутся силы
В час, когда
В душу черным-черно?...
Если б я
Была не дочь России,
Опустила руки бы давно,
Опустила руки в сорок первом.
Помнишь?
Заградительные рвы,
Словно обнажившиеся нервы,
Зазмеились около Москвы.
Похоронки,
Раны,
Пепелища…
Память,
Душу мне
Войной не рви,
Только времени
Не знаю чище
И острее
К Родине любви.
Лишь любовь
Давала людям силы
Посреди ревущего огня.
Если б я
Не верила в Россию
То она
Не верила б в меня!

***
БИНТЫ
Глаза бойца слезами налиты,
Лежит он, напружиненный и белый,
А я должна приросшие бинты
С него сорвать одним движеньем смелым.
Одним движеньем — так учили нас.
Одним движеньем — только в этом жалость…
Но встретившись со взглядом страшных глаз,
Я на движенье это не решалась.
На бинт я щедро перекись лила,
Стараясь отмочить его без боли.
А фельдшерица становилась зла
И повторяла: «Горе мне с тобою!
Так с каждым церемониться — беда.
Да и ему лишь прибавляешь муки».
Но раненые метили всегда
Попасть в мои медлительные руки.
Не надо рвать приросшие бинты,
Когда их можно снять почти без боли.
Я это поняла, поймешь и ты…
Как жалко, что науке доброты
Нельзя по книжкам научиться в школе!

***

БАЛЛАДА О ДЕСАНТЕ
Хочу, чтоб как можно спокойней и суше
Рассказ мой о сверстницах был…
Четырнадцать школьниц — певуний, болтушек —
В глубокий забросили тыл.

Когда они прыгали вниз с самолета
В январском продрогшем Крыму,
«Ой, мамочка!» — тоненько выдохнул кто-то
В пустую свистящую тьму.

Не смог побелевший пилот почему-то
Сознанье вины превозмочь…
А три парашюта, а три парашюта
Совсем не раскрылись в ту ночь…

Оставшихся ливня укрыла завеса,
И несколько суток подряд
В тревожной пустыне враждебного леса
Они свой искали отряд.

Случалось потом с партизанками всяко:
Порою в крови и пыли
Ползли на опухших коленях в атаку —
От голода встать не могли.

И я понимаю, что в эти минуты
Могла партизанкам помочь
Лишь память о девушках, чьи парашюты
Совсем не раскрылись в ту ночь…

Бессмысленной гибели нету на свете —
Сквозь годы, сквозь тучи беды
Поныне подругам, что выжили, светят
Три тихо сгоревших звезды…

***
На носилках, около сарая,
На краю отбитого села,
Санитарка шепчет, умирая:
— Я еще, ребята, не жила...

И бойцы вокруг нее толпятся
И не могут ей в глаза смотреть:
Восемнадцать — это восемнадцать,
Но ко всем неумолима смерть...

Через много лет в глазах любимой,
Что в его глаза устремлены,
Отблеск зарев, колыханье дыма
Вдруг увидит ветеран войны.

Вздрогнет он и отойдет к окошку,
Закурить пытаясь на ходу.
Подожди его, жена, немножко -
В сорок первом он сейчас году.

Там, где возле черного сарая,
На краю отбитого села,
Девочка лепечет, умирая:
— Я еще, ребята, не жила...

***
ТЫ ВЕРНЕШЬСЯ
Машенька, связистка, умирала
На руках беспомощных моих.
А в окопе пахло снегом талым,
И налет артиллерийский стих.
Из санроты не было повозки,
Чью-то мать наш фельдшер величал.
… О, погон измятые полоски
На худых девчоночьих плечах!
И лицо — родное, восковое,
Под чалмой намокшего бинта!..
Прошипел снаряд над головою,
Черный столб взметнулся у куста...
Девочка в шинели уходила
От войны, от жизни, от меня.
Снова рыть в безмолвии могилу,
Комьями замерзшими звеня...
Подожди меня немного, Маша!
Мне ведь тоже уцелеть навряд...
Поклялась тогда я дружбой нашей:
Если только возвращусь назад,
Если это совершится чудо,
То до смерти, до последних дней,
Стану я всегда, везде и всюду
Болью строк напоминать о ней -
Девочке, что тихо умирала
На руках беспомощных моих.
И запахнет фронтом — снегом талым,
Кровью и пожарами мой стих.
Только мы — однополчане павших,
Их, безмолвных, воскресить вольны.
Я не дам тебе исчезнуть, Маша, -
Песней
возвратишься ты с войны!

***

МУЖЕСТВО
Памяти Людмилы Файзулиной

Солдаты! В скорбный час России
Вы рвали за собой мосты,
О снисхожденье не просили,
Со смертью перешли на «ты».

Вы затихали в лазаретах,
Вы застывали на снегу, —
Но женщину представить эту
В шинели тоже я могу.

Она с болезнью так боролась,
Как в окружении дрались.
… Спокойный взгляд, веселый голос —
А знала, что уходит жизнь.

В редакционной круговерти,
В газетной доброй кутерьме
Страшней пустые очи смерти,
Чем в злой блиндажной полутьме…

Работать, не поддаться боли —
Ох, как дается каждый шаг!..
Редакция — не поле боя,
Машинки пулемет в ушах…

Все грущу о шинели
Все грущу о шинели,
Вижу дымные сны,-
Нет, меня не сумели
Возвратить из Войны.

Дни летят, словно пули,
Как снаряды — года…
До сих пор не вернули,
Не вернут никогда.

И куда же мне деться?
Друг убит на войне.
А замолкшее сердце
Стало биться во мне.

Без паники встречаю шквал
Без паники встречаю шквал,
Еще сильны и не устали ноги —
Пусть за спиной остался перевал
И самые прекрасные дороги.

Я до сих пор все открываю мир,
Все новые отыскиваю грани.
Но вспыхивает в памяти пунктир,
Трассирует пунктир воспоминаний.
Учитель.Вы познакомились со страницами биографии необычной женщины, Юлии Друниной. Это сильный духом, высоконравственный человек, оставшийся верным своим юношеским идеалам, той России, фронтовой дружбе, любимой армии.
Я порою себя ощущаю связной
Между теми, кто жив
И кто отнят войной.
И хотя пятилетки бегут
Торопясь,
Все тесней эта связь,
Все прочней эта связь.

Я — связная.
Пусть грохот сражения стих:
Донесеньем из боя
Остался мой стих —
Из котлов окружений,
Пропастей поражений
И с великих плацдармов
Победных сражений.

Я — связная.
Бреду в партизанском лесу,
От живых
Донесенье погибшим несу:
«Нет, ничто не забыто,
Нет, никто не забыт,
Даже тот,
Кто в безвестной могиле лежит».

Память…
Люди живы, пока о них помнят. Вспоминайте своих близких! Вспоминайте о тех, благодаря кому мы имеем возможность выражать свои мысли, и просто жить…
Светлая память погибшим в годы Великой Отечественной войны!
Юлии Друниной тоже нет среди нас. Но память о ней – жива. Живы её стихи.
Давайте вместе нести эту память – память поколений...


ЛИТЕРАТУРА
1.Друнина Ю. В. Стихотворения. — М.: Изд-во Эксмо, 2004. — 384 с., илл. Составитель Е. Липатникова. Лучшие стихотворения прошлого и настоящего — в «Золотой серии поэзии».
2.Друнина Ю. В. Стихотворения. — М.: Изд-во ЭКСМО, 2006. — 384с., илл. Составитель Г. Красников. Самое лучшее, самое любимое — в книгах этой серии.
3.www.drunina.ru
4.1mp3music.ru
5.1 september.ru
6.Copyright: Елена Жмачинская, 2010.

Пожаловаться 11 июня 2013
Файлы

Отправка ошибки

Текст ошибки:
Комментарий:
Используйте вашу учетную запись Яндекса для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись Odnoklassniki.ru для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись Google для входа на сайт.
Используйте вашу учетную запись VKontakte для входа на сайт.
@mail.ru